Блокировка SIM-карты, счетов, невозможность продать или купить жилье. Как КГБ сделал невыносимой жизнь фигурантов «списка террористов»
Белорусский КГБ имеет право включать людей в «перечень лиц, причастных к террористической деятельности». Сейчас в списке 1094 человека, из них 344 — белорусы. Большинство внесенных в список белорусов находятся в неволе. Но некоторые уже отбыли наказание. Те, кто за решеткой, ограничены в денежных переводах. Им нельзя перечислить средства на счет, так как их или не примут, или заблокируют. Те же, кто на свободе, также успели познать последствия включения в «перечень лиц, причастных к террористической деятельности», пишет «Радио Свобода».
![](http://d3kcf2pe5t7rrb.cloudfront.net/img/w840d4webp1/photos/stock/183279-hcl1a.jpg.webp)
Внимание милиции и сложности с поиском работы
Матвей (имя героя изменено из соображений безопасности. — РС) отбыл наказание по «политической» статье. Он говорит, что искренне удивился, когда узнал свой статус «террориста». Ведь по версии следствия и суда он виноват только в массовых беспорядках.
После освобождения из колонии Матвей столкнулся с рядом ограничений. Помимо пристального внимания со стороны милиции и учета, он не мог устроиться на работу.
Говорит, что потенциальные работодатели даже не хотели связываться с ним. Не мог также открыть банковский счет, пополнить баланс мобильного телефона, сделать страховку.
«Я купил SIM-карту. Но толком не успел попользоваться ей. Ведь положил деньги на телефон – и их заблокировали. Хотел, чтобы хоть вернули деньги. Пошел в салон связи, но когда там начали разбираться и увидели мою фамилию, то чуть сознания оператор не потерял, так испугался. Неприятно, мягко говоря», — отметил Матвей.
Собеседник планировал открыть банковский счет, но его предупредили, что он не сможет пользоваться деньгами, делать безналичные оплаты, поэтому в итоге Матвей даже не пошел в банк. Бывшего политзаключенного также предупредили, что он не может ни продать имущество, ни купить. «Мне не было там жизни никак, поэтому пришлось покинуть страну», — добавил белорус.
«Мне, как «террористке», предлагают только рабский труд»
Алеся (имя изменено из соображений безопасности. — РС) попала в «список террористов» за комментарии в интернете. Их расценили как «разжигание вражды». Для женщины такой статус тоже был весьма неожиданным. После отбытия наказания Алеся столкнулась с невозможностью найти работу.
«Ведь, например, на государственную работу или в школу, в издательскую деятельность «террористам» нельзя. Тем временем милиция заставляла меня устроиться. Но куда?
Биржа труда нашла мне «вакансию». Там за 12 часов в день по сменам я получила за месяц около 300 рублей», — поделилась собеседница.
Женщина отметила, что все имущество, которым она владела до заключения, сейчас, по сути, не принадлежит ей.
«Потому что я не имею права ничем распоряжаться. Банковские счета и деньги на них заблокировали. Да даже элементарные операции по банковским счетам я не могу делать. Даже не могу оплатить коммунальные или налоги. Приходится каждый раз придумывать, как обойти эти «казусы». Мобильную связь я тоже не могу оплатить», — констатирует Алеся.
Она уехала в другую страну на заработки. «Ведь там у меня есть телефон, банковская карточка, возможность работать», — добавила Алеся.
Кто попадает в «список террористов»
31 августа стало известно, что в «список лиц, причастных к террористической деятельности» добавили 14 фамилий, в том числе Валерию Костюгову и Татьяну Кузину. Валерия Костюгова — основательница сайта экспертного сообщества «Наше мнение», редакторка и авторка «Белорусского ежегодника» и руководительница группы экспертов по мониторингу «Беларусь в фокусе». Татьяна Кузина — соучредительница школы молодых менеджеров публичного администрирования Sympa. Обеим приговорили к 10 годам тюрьмы. Сейчас в списке 1094 человека, из них 344 — белорусы.
До событий 2020 года в списке террористов были только иностранные граждане из Мали, Ирана, Индонезии, Афганистана, Уганды, других стран Африки, а также граждане России и Грузии. Первыми «отечественными террористами» в списке стали в ноябре 2020 года основатель Nexta Степан Путило и блогер Роман Протасевич.
Весной 2021-го КГБ назначил «террористами» демократического лидера Светлану Тихановскую, блогера Антона Мотолько, представителей инициативы «Байпол», анархистов и журналистов. Причем иногда сделано это было еще до очных и заочных судов над ними. «Террористами» стали «рельсовые партизаны», представители различных протестных движений и инициатив.
К «террористам» применяются финансовые ограничения: запрет на государственную регистрацию имущества, операции по банковским счетам, нотариальные действия, относящиеся к финансовым операциям и прочее.
Попасть в список можно как на основании приговора, так и по решению председателя КГБ или его заместителей. Туда могут включить по десяткам статей Уголовного кодекса, таких, как «акт терроризма», «участие в массовых беспорядках», «разжигание вражды» и даже по относительно новой белорусской статье «отрицание геноцида белорусского народа».
Пока правозащитникам и журналистам неизвестно о случаях, чтобы человека исключили из «списка лиц, причастных к террористической деятельности».
«Не видно логики»
Юрист правозащитного центра «Весна» Светлана Головнева говорит, что не видит логики в признании КГБ того или иного человека причастным к терроризму. Но она видит нарушения как международного, так и национального права. Например, в Конституции и других правовых актах прописана презумпция невиновности, запрет на дискриминацию и право на свою защиту. На практике же, по словам правозащитницы, на отмену решения КГБ повлиять невозможно.
«КГБ еще до вынесения приговора человеку признает его «лицом, причастным к террористической деятельности». Здесь явный дисбаланс. Признать человека «террористом» — очень серьезный шаг, который существенно его ограничивает и негативно сказывается на его жизни. Это суд должен был бы решать, а не КГБ своим решением, принятым неизвестно на каких основаниях», — считает юрист.
Головнева добавляет, что процедура включения в этот список закрытая. Человек, в отношении которого принимается такое решение, никак не может себя защитить, привести какие-то аргументы. Ведь он и не знает иногда о решении, пока не прочитает об этом в новостях или пока ему не сообщат в колонии. Правозащитница обращает внимание на то, что большинство «террористов» на момент принятия решения находятся в неволе и или не имеют возможности, или им «не до того», чтобы обжаловать решение КГБ.
Комментарии